Жан Рено написал роман о похищенных украинских детях — и объяснил почему

Жан Рено — это множество других ролей, которые знает зритель из любой страны. Но в последние годы французская кинозвезда все чаще говорит не со сцены, а со страниц. И тема, которую он выбрал для своего второго романа, — не выдуманная.

• Атака 171 дроном и отставка Джули Дэвис: как прошла ночь в Украине

Детали

"Я был чрезвычайно шокирован"

Книга называется "Побег" — L'Évasion во французском оригинале. В ее основе — реальные события, которые Рено услышал в новостях и которые, по его словам, не отпускали его.

"Когда я услышал об этой истории — 19 546 похищенных украинских детей, идентифицированных в 2024 году несколькими неправительственными организациями — я был чрезвычайно шокирован. Я считал безумием, что этих детей похищают для промывания мозгов. Я не делаю политического заявления. Я хотел превратить это в роман", — объяснил он в интервью Télé 7.

Это важное уточнение — "не делаю политического заявления". Рено сознательно отделяет художественное измерение от публицистического. Но сам факт того, что он взял эту тему и написал о ней книгу — уже является высказыванием. Молчать о похищенных детях проще, чем писать шпионский роман, где они — в центре сюжета.

Кто такая Эмма и куда она едет

Главная героиня "Побега" — Эмма, агент французских спецслужб. Ее предыдущая биография нетипична для шпионки: бывшая массажистка, которая попала в разведку и теперь получает самое опасное задание своей карьеры.

По легенде прикрытия она сближается с российским агентом — и отправляется в сибирский лагерь, чтобы найти следы депортированных украинских подростков и задокументировать их положение.

"Цель: проследить судьбу тысяч молодых людей, депортированных в ад новых ГУЛАГов" — так описывает книгу сам автор.

Сибирские лагеря для украинских детей как сюжет шпионского романа — это не преувеличение и не художественная гипербола. Это художественная переработка задокументированных фактов. И именно это делает книгу тяжелее, чем типичный триллер.

Не первый роман и не первая связь с Украиной

"Побег" — уже второй роман Рено об Эмме. Первая книга разошлась во Франции тиражом более 40 тысяч экземпляров — неплохой результат для актера, дебютировавшего в прозе. Это означает, что аудитория есть, интерес реальный и продолжение серии имеет смысл.

Стоит добавить: Жан Рено и раньше не был равнодушен к Украине. В 2018 году он снимался в фильме "Последний шаг" в Карпатах и Киеве и откровенно говорил, что был впечатлен природой и гостеприимством страны. Тогда говорил, что с удовольствием вернется к новому проекту, связанному с Украиной. Вернулся — но через книгу.

Почему это важно вне литературного контекста

19 546 идентифицированных детей — это лишь те, о которых известно. Реальная цифра, по оценкам правозащитных организаций, значительно выше. Это дети, которых вывезли с оккупированных территорий, разместили в лагерях и интернатах, где их целенаправленно перевоспитывают — отбирают язык, идентичность, память о семье.

Международный уголовный суд уже выдал ордер на арест Путина именно в связи с этими депортациями. Но ордер — это юридический документ, который читают юристы. Роман читают миллионы.

Именно в этом и заключается значение "Побега": не как судебное доказательство и не как журналистский материал, а как способ донести реальность до аудитории, которая иначе могла бы никогда не узнать, что происходит в сибирских лагерях с детьми, которых забрали у родителей.

Жан Рено выбрал правильное оружие. Для человека, который всю свою жизнь играл в кино разных персонажей, — написать о тех, кого лишили права на собственное имя, наверное, и есть самым точным высказыванием.

Пока мировые звезды пытаются зафиксировать украинскую боль в литературе, отечественное кино часто оказывается в парадоксальной ловушке. Сегодня оно существует в двойной реальности: с одной стороны — полномасштабная война, меняющая людей на всех уровнях, с другой — экран, где эти трансформации почти не отражены. На этот болезненный разрыв указывает актриса Анастасия Пустовит, резко критикуя отполированные стандарты красоты, которые до сих пор диктует индустрия. По ее словам, женские образы в кино остаются почти глянцевыми — такими, что не имеют ничего общего с суровой реальностью, в которой ежедневно выживают украинки.